Город

«Десять лет – как одна минута». Последняя экскурсия по ЦСД

Опубликовано 13 сентября 2016 в 23:58
0 0 0 0 0

Знакомство с творчеством Николая Коляды, без которого сегодня просто невозможно представить культурную жизнь уральской столицы, для многих началось со здания театра на Тургенева, 20. Этот крошечный дом с мезонином всегда притягивал зрителей своей особенной атмосферой и неповторимым характером, заставляя возвращаться туда снова и снова. Конечно, это здание имеет и свою неповторимую историю.

IMG_0920-min (1)

В конце 19 века на улице Тургенева (тогда ещё Верх-Исетской) располагалась роскошная усадьба городского чиновника Ивана Петровича Маева. В те времена она представляла собой огромный комплекс сооружений: просторный флигель, здания управления, хозяйские комнаты и бани. После смерти помещика имение перешло его наследнику М.И. Маеву.

В 1917 году усадьба была конфискована советскими властями, перестроена и отдана под коммунальное жильё. Тогда облик зданий кардинально изменился: к восточному фасаду были пристроены новые помещения, а просторные залы усадьбы разбиты на маленькие жилые комнатки.

В 1933 году в здании поселилось объединение «Полиграфист». Тогда помещения стали ещё меньше: комнаты разбили на множество крошечных кабинетов. К тому времени флигель и другие дополнительные постройки были утрачены.

IMG_0915-min

В таком виде спустя много лет и получил этот дом Николай Коляда. Сначала там обосновался «Коляда-Театр», а с 2014 года – его новый масштабный проект  – Центр современной драматургии. Дом наполнился талантливыми и творческими людьми, тогда-то и началось самое интересное: свершился ремонт, появились сцена и гримёрки, просторное фойе и огромное множество скрытых подвалов и потайных комнат, недоступных простому посетителю.

Как известно, 2 сентября ЦСД покинул избушку на Тургенева в связи с реконструкцией здания. Вопреки опасениям зрителей, жизнь театра на этом вовсе не закончится: часть труппы переехала в Гранатовый зал «Коляда-театра», другая, во главе с Натальей Санниковой, работает над созданием нового проекта в Ельцин Центре.

Руководством было решено, что после ремонта театр в это здание не вернётся, и оно приняло достаточно печальный вид: замок на входной двери сломан, рабочие выносят реквизит и разбирают декорации. Именно таким и застала дом редакция TER. Как оказалось, в этих стенах таится множество секретов.

Экскурсию по опустевшим коридорам для редакции TER провёл помощник режиссёра Тарас Поддубный. Он же поделился интересными историями и воспоминаниями, связанными с театром.

Мы начали осмотр с фойе, где целая стена отведена картине Коляды «Котейка ждёт весну».

По традиции во время детских спектаклей неприличную часть картины  – обнажённого мужчину – мы прикрывали самоваром, — улыбается Тарас.

История её создания тоже была достаточно интересной: холст и краски драматургу подарили на День Рождения сами артисты, и во время новогодних праздников он изобразил сидящего на окне кота. Вскоре произведение было продано на благотворительного вечере в «Коляда-Театре», хотя сам Николай Владимирович называл его просто «детским баловством» и выставил на аукцион только «для прикола».

fe91bd81fceac2a6e9833f226bfa09a4

В этой комнате есть сразу два помещения, скрытые от посторонних глаз: подвал и комната хранения реквизита. Хотя, честно говоря, реквизит там теперь повсюду: в каждом углу лежат костюмы, части декораций и даже личные вещи актёров. Никто не удивляется раритетным предметам, буквально валяющимся под ногами.

С особым удовольствием Тарас рассказывает о подвале:

— Его так и называют – «Тарасов погреб», потому что я откопал его своими руками. Нам не хватало места для подсобных помещений, где могли бы храниться декорации для новых спектаклей. Часто так бывает – идей много, а места для их реализации нет. Мы узнали, что там внизу должно быть пустое пространство, и с Николаем Владимировичем самостоятельно пробивали бетонные перекрытия. Это была тяжёлая работа, зато репертуар театра увеличился сразу на шесть спектаклей.

Вообще, актёрам многое приходилось делать самостоятельно. На полках, стеллажах, антресолях – повсюду реквизит, специально подобранный и принесённый артистами.

— Все постоянно приносили в театр что-то новое, — продолжает Поддубный, — вот смотришь на какую-то вещь у себя дома и думаешь: она отлично смотрелась бы в определённой постановке или просто может пригодиться в театре. Сначала этим занималась только команда артистов, затем уже участвовали и некоторые зрители. Была такая история: у одного мужчины умерла мать, он вынужден был разбирать вещи в её квартире, и с некоторыми так и не смог расстаться. Он привёз в ЦСД большой шкаф, который мы приспособили для спектакля «Вишнёвый сад». Мужчина был на премьере, и я потом много думал о том, что он чувствовал, видя семейную  реликвию в таком трогательном сюжете.

IMG_0921-min (1)

Часто во время спектаклей происходили курьёзные случаи.

Здание ЦСД плотно соседствует с предприятием полиграфистов, и нередко это становилось причиной неловких ситуаций.

Полиграфисты – очень патриотичные ребята, обожают отмечать дату основания их предприятия. Как назло, очередной праздник совпал с нашим «Гамлетом». На весь зрительный зал ужасно пахло шашлыками, и отовсюду доносился громкий смех. С одной стороны, забавный контраст: здесь – Шекспир, сложный вопрос – «быть или не быть?», а там, во дворе – шашлыки и выпивка. А с другой, неприятно, когда кто-то отвлекает от творческого процесса и нас, и зрителей.

Иногда случались действительно опасные происшествия. Несколько раз во время детских постановок на первом этаже, прямо напротив зрительного зала, прорывало трубу с горячей водой. Тогда вся команда театра бегала с вёдрами и тазами, а в это время на сцене актёры на высшем уровне играли спектакль. Никто из зрителей ничего не замечал.

Детей актёры любили особенно сильно, и кажется, будто для них и был приспособлен этот дом с множеством волшебных закутков и закоулков.

На улице находился интересный аттракцион – «Колядаскоп» — по сути, маленькая деревянная будка, где для каждого заглянувшего в окошечко юного зрителя проводили полноценный трёхминутный спектакль. В завершение ему вручалась маленькая бумажная звездочка, и давалось наставление: ночью эту звезду нужно положить под подушку и загадать желание. Никто не знал, что во время этого спектакля актёру приходилось очень нелегко: зимой внутри будки было ужасно холодно, а летом и того хуже – можно было запросто задеть осиный улей, висящий прямо в углу. Однако когда ребёнок вновь появлялся в театре и со счастливыми глазами говорил, что его желание сбылось, каждый понимал, что оно того стоило.

— Да, нам часто приходилось несладко – то места не хватало, то перебои электричества, то трубы протекают, и со всем этим мы боролись своими силами. Но всё это не было так уж страшно. Каждый день появлялись новые шутки и байки о театре и нашей жизни в нём. Вообще весь этот дом оброс историями.

И правда, каждая история здесь становится осязаемой: стоит лишь войти в избушку на Тургенева 20 – сразу же ощущаешь: у этого места необыкновенное прошлое. Стоишь в опустевшем зрительном зале, и кажется, будто бы только что здесь отгремели последние аплодисменты, и зрители беззаботной толпой покинули театр. Поднимаешься в гримёрки – и вроде только минуту назад здесь сидела целая труппа актёров – повсюду чашки с чаем, записки, чьи-то семейные фотографии.

Несмотря на царящую среди артистов ностальгию, о будущем Тарас Поддубный говорит с оптимизмом:

Мы все привязались к этому месту, но ведь место создают сами люди. А это значит, что и новое здание мы сможем сделать не менее душевным и интересным.

 

0 0 0 0 0





Вконтакте
facebook