Поезда в катакомбах города

Опубликовано 10 ноября 2014 в 16:05
0 0 0 0 0

ekb_metr

Каждый день толпы людей добровольно спускаются в подземелья, чтобы пронестись по туннелям, прорытым сквозь толщу горной породы и спрессованные речные пески с крупицами золота, подняться на поверхность в другом районе города и продолжить свои «земные дела». Метро в Екатеринбурге – не самое короткое в стране, оно хотя и состоит всего из одной линии, но ухитряется брать на себя почти четверть пассажиропотока. Одно несомненно: подземный транспорт достался Екб большой ценой, натужно, выстраданно. И стоит ли продолжать эпопею? – об этом ведутся споры. А мы вкратце расскажем, как складывался вытянутый лик городского метро.

Первые планы строительства подземки в Свердловске сложились еще в 60-е годы. Метро должно было состоять из двух линий, пересекающих крестом город в районе Площади 1905 года: ВИЗ – Втузгородок, Уралмаш – Химмаш. Забуряться в породу метростроевцы начали только в 1980-м в районе Ж/д вокзала, а пуск первой линии наметили на 1989. Но сложно было не сорвать сроки: страну сотрясали перемены, финансовые потоки уходили в сторону, хаос пожирал организаторские навыки советских руководителей, и маленький уралмашевский «аппендикс» свердловского метро на 3 станции открыли только в 1991. Через год открыли станцию «Уральская» у железнодорожного вокзала, еще через пару лет – «Динамо» и «Площадь 1905» года. Метро внушало все больше уважения и даже эйфории, тем более что в 1996 в Екатеринбург с БАМа привезли особую машину «Вирт» — стометрового гусеничного подземного червя, который мог прогрызать 5 метров грунта в сутки. Подземные работы внушали оптимизм ровно до дефолта 1998 года.

После дефолта денежный поток иссяк. Метростроевцы и прежде шли на подвиги: катали вручную вагоны по путям в начале 90-х, чтобы они не деформировались от бездействия, бурили тоннели в чумовых условиях. Но просидев почти год без зарплаты, 40 рабочих в марте 1999 объявили забастовку, голодовку и остались в сумраке строящейся станции «Геологическая». Парадокс состоял в том, что бросить работы было невозможно: это прямая угроза безопасности города, улицы могут просесть, здания обрушатся, в то же время приостановить и законсервировать строительство стоило дороже, чем продолжать работы. Власти заметались в поисках денег и через несколько дней выплатили средства голодающим. В ответ взбунтовались и затребовали свое все остальные работники метростроя.

Но для них взять денег было уже неоткуда, о чем людям с честными глазами подробно рассказали чиновники. После этого рабочий Рифат Гафаров просто тихо заперся в ванной и повесился на крючке для полотенец. А дальше – метрострой взъярился и пошел на штурм. Администрация и милиция спешно принимали меры и огораживали Белый дом железными барьерами, готовились к худшему. Но вымотанные шахтеры, машинисты и работницы проводили в последний путь Гафарова, взяли одеяла и спустились в подземелье станции «Бажовская», готовясь умереть от голода на бетонном полу метрополитена, но выбить деньги из властей.

Если людям не может помочь власть – на сцену выходят Робин Гуды. К концу 90-х бандформирования Екатеринбурга эволюционировали до крепких объединений с человеческим лицом. Общественно-политический союз «Уралмаш» дал понять, что он вполне может подвинуть чиновников и совершил своеобразный «coming out». В тоннель метро спустился глава ОПС «Уралмаш» Александр Хабаров в каске с фонарем и мешком в руке. В мешке лежали 920 тысяч рублей: если чиновники не в силах выдать зарплату людям, то люди могут одолжить деньги у «Уралмаша», вернут – когда смогут. И метростроевцы согласились.

Зато забегали власти. Никому из чиновников не хотелось, чтобы их отсиживали бандформирования. Власти бегали по стенам и потолку, выколачивали деньги из всех щелей, подняли на носилках метростроевцев на поверхность и начали выплачивать зарплату. Александр Хабаров хоть и прошел в Гордуму, но надолго там не задержался, в начале 2002 его найдут повешенным в камере СИЗО, ОПС «Уралмаш» тоже будет распущен. Но метростроевцы запомнят, как нужно бороться за свои кровные: в конце 2002 власти готовились к открытию станции «Геологическая», но шахтеры снова взбунтуются, заварят стальными конструкциями тоннель и преградят путь чиновничьему поезду, требуя зарплату.

С помощью рабочих мятежей, натужных экономий и печальных отказов (от станции «Бажовская», например), метро дорастет к 2012 году до 9 станций. Время в пути между конечными станциями – 20 минут, линия метро составляет в длину всего 13 километров. Но по объему пассажироперевозок Екатеринбург занимает четвертое место в стране, перевозя ежегодно более 50 млн пассажиров. Каждый будний день в подземелья города спускаются более 170 тысяч человек.

Перспективы дальнейшего строительства метрополитена весьма туманные. Чиновники рассуждают о строительстве второй ветки, хотя деньги не дают ни федеральные власти, ни город. А сторонники современных технологий строительства наземного транспорта рассказывают, как можно с комфортом возить людей по поверхности, потратив на это в разы меньше средств. Не будем брать на себя роль Кассандры, но есть подозрения, что электропоезда нашего метро в ближайшие годы, пятилетки и десятилетия так и продолжат объезжать 9 знакомых станций, пока на поверхности оптимизируются и достраиваются трамвайные и автобусные маршруты. Может быть, это и к лучшему. Хотя, согласитесь, иметь систему освоенных катакомб под городом – отдельное удовольствие.

0 0 0 0 0





Вконтакте
facebook