Простые истины и дети Депардье

Опубликовано 11 апреля 2014 в 18:18
0 0 0 0 0

С весенним туром «Дети Депардье» в Екатеринбург приехали питерский поэт Иван Пинженин и музыкант Гриша Басов. Их маршрут лежит от Петербурга к Новосибирску, через все крупные города, где они сеют поэзию в барах.

1

— Почему «Дети Депардье»? Это потому, что у Гриши нос, как у Депардье, а у меня живот, как у Депардье, — самоиронично рассказывает Пинженин.

Мы с Гришей в поезде репетировали, что на случай, если никто не придёт, я читаю стихи ему, а он играет для меня. И очень хорошо, что вы пришли. Это, видимо, из-за того, что вы перепутали нас с Иваном Дорном. Просто на афише фотографии похожи, поэтому так много людей.

6

Бар заполнен, свободных мест нет. Несколько человек явно зашли случайно, и теперь с любопытством и долей непонимания смотрят на сцену. Кто-то, наоборот, пришёл, как на встречу с легендой: девушки за моей спиной бурно обсуждают недавно вышедшую книгу поэта «В моём magazine» и ещё, что «Ваня такая прелесть».

Мне с каждым годом нелегко
Сдержать обещанное слово.
Мой мир как будто нарисован.
Я в нем в печали и в трико.
Под медленную ритмичную музыку каждая строчка слышится как-то по-особенному. Читать стихи на бумаге – это одно. Слушать, как голос поэта сливается с музыкой и обретает иное настроение – совершенно другое.

2

Музыкальная поддержка вечера – друг Вани и гитарист группы «АлоэВера» Гриша Басов.

— Гриша очень долго не соглашался поехать в тур, но когда я сказал, что мы поедем в Екатеринбург, и там будет Пицца Мия, и он сможет заказать свою любимую «Деревенскую», только тогда он согласился. Но потом его добили, конечно, «Посикунчики» — такое заведение в Перми.

3

Настроение Пинженина очень сложно уловить: вот вроде бы он рассказывает весёлую историю про соседку, которая готовит драники по скайпу с мамой из Казахстана и тычет айпэдом в сковороду. Смеётся, и зал смеётся вместе с ним. А в строчках где-то между словами «рагу» и «хмели-сунели» — неожиданно закравшаяся тоска. Или наоборот: стихотворение о старении и смерти, от которого у слушателей слёзы на глаза наворачиваются, а у Вани в глазах какое-то светлое счастье.

— Твои стихи создают впечатление, будто этот мир очень жесток, и в нём сложно выжить. Почему так? 
— Нет, это не так. Это только впечатление. Может быть, конечно, мир и жесток, но у меня такого чувства нет, когда я пишу стихи. Может, музыка грустная, (смеётся) но это к Грише все претензии. Если была бы другая музыка, например, вот такая – Ваня показывает рукой вокруг, имея в виду лёгкий джаз, который фоном играет в заведении, — всё было бы совершенно по-другому. Стихи бы говорили совсем другое.

4

 

— Я слышала у тебя стихи от женского лица. Вжиться в роль женщины — что для этого нужно сделать?
— Ну иногда бывает такое, жена, подруга или мама могут сказать: «Да представь себя на моём месте!». И ты думаешь: «а блин..!!» Ну вот. И всё. Так и получается.

— Тебя пришло слушать довольно много людей. Почему люди вообще приходят слушать стихи? Поэзия становится модной?
— Нет, поэзия — это не модно. Это вы просто не были в Ярославле, когда нас послушать пришло десять человек. Но и это нормально. Модно становится ходить на стихи. Это хорошее времяпровождение.

— То, что ты сказал вначале, что боялся, что люди не придут, — это действительно так?
— Ну да, у нас были города, в которых приходило очень мало людей. Но это зависит не только от нас. Не значит, то есть, хорошие или плохие стихи. Это зависит от организаторов, от погоды. Дождь, град, доллар, Крым…

5

Екатеринбуржцев Крым, к счастью, волнует меньше, чем простые истины Ваниных стихов.
— Следующий стих написан про жителей города Тугулым. Это на границе Тюменской и Свердловской областей, но, я думаю, что и мы в нём увидим себя.

Здесь каждый второй пишет стихи
И считает, что он лучше других.
Здесь каждый третий ездит в метро,
Но пьет только виски и «куантро».
Здесь каждый четвертый заходит в музей,
Только когда приводит друзей.
Здесь каждый пятый делает что-то,
Лишь бы в неделю пять дней не работать.
Здесь каждый шестой остается собой,
Только неясно где гёрл, а где бой.
Здесь каждый седьмой встает в семь утра,
Потому что домой собираться пора.
Здесь каждый восьмой не в ладах с головой
И делает вид, что так надо.
Здесь каждый девятый доволен собой,
Доволен, что вышел из стада.
Здесь каждый десятый способен на подвиг,
Но берет еще две и садится во дворик.
Среди этих людей я номер один.
Поменьше иллюзий, юный кретин.

Фото Елизаветы Парамоновой

0 0 0 0 0





Вконтакте
facebook